МиссияИсторияUncategorisedЧудо на Волге

Чудо на Волге

Марта Ивановна Пейсти

 

В Евангелии от Иоанна 3:16 написано так: "Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную". Эти слова нам всем хорошо знакомы.. Но верим ли мы им? Верим ли мы, что Бог действительно возлюбил весь мир? Что Он любит все народы одинаково?

Некогда это было трудно для моего понимания. В раннем детстве я посещала воскресную школу. В нашу церковь приезжали миссионеры из разных стран мира. Меня всегда интересовали подробности отех странах, о которых они рассказывали, показывая какие-нибудь предметы, вывезенные ими оттуда. И я часто думала об этом и хотела стать миссионеркой.

В начале Первой Мировой войны, в 1914 году, я пережила один радостный день в моей жизни - Господь возродил меня, и я узнала, что грехи мои прощены, что я Его дитя. Сразу же мне стало ясным, что когда Господь нас обращает, Он хочет, чтобы мы несли эту радостную весть другим, еще не знающим Его. Теперь мне пришло на сердце, что может быть Господь хочет, чтобы и я была Его свидетельницей - миссионеркой в какой-нибудь стране, где Его еще не знают. И это меня сильно вдохновляло.

 

что, если Господь захочет послать меня в Россию?"

Как я уже сказала, это случилось в начале Первой Мировой войны. И вдруг меня пронзила мысль "А что если Господь захочет послать меня в Россию? Эта мысль очень страшила меня. Почему-то я думала, что Россия - это какая-то страшно огромная и загадочная страна, и я старалась прогнать эту мысль от себя.

В начале 1915-го года в нашу церковь приехал один молодой миссионер из России. Он рассказывал освоей работе там. В его сердце огнем горела Божия любовь к русскому народу и мне очень понравились его проповеди. Прошло некоторое время, и я ближе познакомилась с этим миссионером. В 1916-ом году он стал моим супругом. Теперь я поняла ту мысль, которую Господь вселил в меня давно: если я не хочу ехать в Россию одна, то теперь должна буду поехать туда с моим мужем. А сердце мужа горело желанием возвратиться в Россию, чтобы продолжать проповедовать Евангелие

В начале 1918-го года, в самый разгар русской революции, мой муж приходит однажды ко мне и говорит: "Знаешь, мы должны поехать в Россию! Я чувствую, что Господь зовет меня туда!" У нас в то время был маленький ребенок, и я ответила: "Как же мы можем теперь ехать в Россию, в такое страшное время, да еще с ребенком?"

Помню, что когда муж выразил свое желание в нашей церкви, все верующие запротестовали, говоря, что это мысли не от Бога. Они говорили "Вам все равно не позволят проповедовать там, вас расстреляют или вы умрете от голода". Но мой муж, когда был уверен в чем-то, что это воля Божья, не отступал в исполнении ее, и никто не мог его отговорить. Итак, мы упаковались и поехали в Петроград.

 

Голод и страдание

По прибытии на место мы узнали, что действительно слухи о России у нас на родине ничего не преувеличивали. Голод был страшный, и людей убивали прямо на улицах. Я это сама видела своими глазами. Продукты мы получали по карточкам. Нашу дневную порцию составляла восьмушка фунта хлеба на человека. Ребенок же получал по своей карточке два яйца и один фунт крупы на месяц. И я помню, как я несколько раз измеряла этот крошечный кусок хлеба. Он был не длиннее и не толще моего пальца. Но в то же время он был страшно тяжелым от различных примесей. Этот кусок я делила на три части один кусочек на завтрак, второй - на обед и третий - на ужин. И это была вся наша пища. Ни за какие деньги нельзя было ничего купить. На Пасху нам выдали три фунта мёрзлой картошки. Это был наш пасхальный обед.

Вы понимаете, конечно, что наш ребенок не мог жить на той порции, которую он получал, и как мое сердце страдало, когда я видела его голодающим. Я не имела ничего, чем можно было бы накормить его. Конечно, и мы с мужем также голодали и страдали. И несмотря на все это, муж продолжал свое служение при общине. Смертельно уставшим он приходил домой и обращался ко мне с вопросом: "Не можешь ли ты дать мне чего-нибудь поесть, я уже не в состоянии продолжать мое служение". У меня дома естественно, ничего не было, что я могла бы дать ему. Но мы еще больше страдали от того, что мы видели голодным нашего ребенка.

Духовно Господь обильно благословлял нас. Мы имели большие собрания, часто муж проповедовал на улицах. Многие души обращались к Господу. А мое сердце все время роптало на Бога. Часто по ночам, когда все спали, я вставала, выходила в кухню, преклоняла мои колени и говорила: "Господи! Почему мы должны быть здесь? Разве не было другого места в мире, где мы могли бы благовествовать Твое Евангелие? Почему я должна видеть своего ребенка умирающим от голода?" И я всегда слышала Его нежный голос, говорящий мне: "Я оставил Свои небесные обители и пришел на эту грешную землю, чтобы спасти и тебя, бедную грешницу. А ты не хочешь быть здесь для того, чтобы говорить другим о спасении, которое ты нашла во Мне".

 

Попытка избежать голод

Так прошло несколько месяцев. Однажды мой муж сказал мне, что он видит волю Божию в том, чтобы мы оставили Петроград и поехали на юг России, в Царицын, где тоже нуждаются в проповедниках. К тому же, он слышал, что там было больше пищи. Но когда мы поделились этим нашим намерением с верующими, они очень скорбели, думая, что мы покидаем их навсегда, но они поняли, что мы просто хотим спасти жизнь нашего ребенка.

В то время в стране был закон, согласно которому никто не мог без специального разрешения выехать из Петрограда. Выдавали эти разрешения только партийным людям и больным. Мы не попадали ни под одну из этих категорий. Так что у нас было мало надежды получить разрешение на выезд. Но мы верили, что если на то есть воля Божия, Он откроет нам дорогу. После молитвы муж пошел в комиссариат, в котором выдавались разрешения на выезд. Когда он пришел на место, он увидел две длинные очереди. Над одним окном было написано "Для партийных", а над вторым окном. "Для больных" Муж не мог решить, в какую очередь ему встать и начал в душе молиться и просить: "Господи, укажи мне!"

Он решил встать в ту очередь, которая вела к окну с надписью. "Для партийных". Когда его очередь подошла, и он смог подойти к барышне, сидевшей у окна, она спросила у мужа партийную карточку. Он ответил: "Я не принадлежу к партии". Она большими глазами посмотрела на него и затем спросила: "Кто же вы такой? Как ваше имя?" Когда он назвал себя, барышня еще раз посмотрела на него и сказала: "О, пастор Пейсти! Я вас знаю! Я бывала на ваших собраниях, и они мне очень понравились! Я постараюсь сделать все, что смогу, чтобы вы получили разрешение на выезд". Она вышла в соседнюю комнату и через несколько минут вернулась с бумагой в руке. Это было разрешение на выезд. И в нем была написана правда, что мы являемся миссионерами, и нам разрешается выехать из Петрограда. С великой радостью мой муж пришел домой и известил меня об этом.

За несколько дней мы распродали все наше имущество, попрощались с нашими дорогими верующими и направились на вокзал. Мы должны были попасть в поезд Петроград - Нижний Новгород. У нас билеты второго класса. В купе, которое было предназначено для четырех человек, нас было набито двадцать два человека. Поезд был до отказу переполнен людьми, старавшимися убежать из голодного Петрограда. Так мы приехали в Нижний Новгород.

 

Бог предусмотрел ночлег

В Нижнем Новгороде мы узнали, что наш пароход отходит только на следующий день, и мы должны были где-то переночевать. Еще на вокзале нам стало известно, что все гостиницы и постоялые дворы переполнены людьми. Где же нам остановиться? Вдруг я увидела одну даму, одетую в форму Армии Спасения. Она стояла в стороне и разговаривала с каким-то молодым человеком. Позже мы узнали, что она шведка и является последним из работников Армии Спасения, что она на следующий день покидает Россию. Но Господь ее задержал там для нас, потому что по ее форме мы узнали, что она верующая и мы можем свободно обратиться к ней за помощью.

Муж подошел к ней и спросил, не знает пи она, где мы могли бы переночевать? Вдруг ее собеседник, молодой человек, обернулся к моему мужу и спросил "Как ваша фамилия?" Когда мой муж сказал свою фамилию, этот молодой человек крепко обнял его и поцеловал. Он сказал "Дорогой брат Пейсти! Как я рад, что вижу вас. Я только недавно получил вашу литературу и песенник. И мое желание было встретиться с вами. И теперь вы здесь. Вы пойдете ночевать ко мне ". Он говорил еще, что живет очень бедно, но даст нам все, что сможет. Мы с радостью приняли это приглашение.

Когда мы вошли в его квартирку, мы увидели, что у него на самом деле бедное жилище, из маленькой комнатки и кухни. В комнате жили его отец и мать, а в кухне стояла его узенькая кровать. Он, указав на свою кровать, сказал нам "Мою кровать вы можете занять на эту ночь". Конечно, ни муж, ни я не могли спать в эту ночь. Но мы, по крайней мере, могли уложить спать своего ребенка на эту кровать и в наших молитвах благодарили Господа за этого дорогого брата, который отдал нам все, что он имел. Мы не знаем, где он сам спал в эту ночь. Но утром он пришел, чтобы проводить нас на пароход.

 

Вниз по реке Волге

Мы взошли на переполненный пароход. В нормальное время переезд из Нижнего Новгорода до Царицына занял бы два дня. Но тогда, в ужасных условиях, мы плыли две недели и так и не достигли Царицына. На пароходе за большие деньги можно было доставать кое-какую пищу. Трудность поездки была связана с тем, что в районе средней Волги шла гражданская война.

Мы слышали выстрелы наступавших армий и не могли пристать ни к одному, ни к другому берегу.

Последние три дня нашего путешествия оказались самыми ужасными. Мы не имели ни куска хлеба.

Однажды, в двенадцать часов ночи, внезапно мы услышали стук в дверь нашей каюты. Когда муж открыл дверь, то увидел перед собою красноармейца, который сообщил, что пароход дальше не пойдет, так как из-за войны он должен возвратиться обратно. Он спросил, не хотим ли мы возвратиться или предпочитаем остаться здесь. Он говорил еще, что здесь нет пристани и в окружности до тридцати верст нет никаких селений. Но красные постарались так пристать к берегу, чтобы желающие могли сойти. Мы решили также сойти с парохода с твердым намерением, что если нам суждено умереть от голода, то умрем здесь.

Пароход ушел, и мы остались среди ночи на берегу. Шел дождь и дул очень холодный ветер. Я села на камень, стараясь прикрыть своего ребенка, насколько могла, чтобы защитить его от холодного ветра и дождя. В сердце своем я все время роптала на Бога "Почему мы должны быть здесь?". Мой муж не мог смотреть на нас, как мы сидели там, ребенок плачет и я плачу. Он оставил нас и сам ушел.

 

 

Чудное Божие избавление

После он рассказывал, что он пешком шел по берегу Волги и прошел с версту. Там он преклонил колени и молился, говоря: "Господи, Ты Сам призвал нас в Россию, чтобы мы могли проповедовать Твое Евангелие. И Ты в Своем Слове обещал, что Ты позаботишься о Своих детях. Теперь Ты видишь, что мы здесь в этой пустыне должны умирать с голоду. Я прошу Тебя, пошли пищу моему ребенку. Ведь Ты послал пищу Илии, Ты можешь послать Ангела или ворона, которые могут принести нам еду"

Когда он поднял свою голову, то издали увидел приближающуюся человеческую фигуру. Фигура подходила все ближе и ближе. Муж всегда говорил при воспоминаниях об этом случае, что он не знал, «кто это был, мужчина или женщина. Но когда тот подошел ближе, он сказал моему мужу: "Я знаю, что ты ищешь пищу для своего ребенка". И оставив пакет в руках мужа, повернулся и исчез. Муж возвратился ко мне с этим пакетом и рассказал, как он его получил. Я боялась открыть пакет, будучи уверенной, что это был дар Ангела, посланного с неба. В пакете была завернута в белоснежную бумагу теплая манная каша. Я попробовала ее, она была сладкая, чудная. Я дала ее своему ребенку, но он не мог много есть, потому что долго голодал, так что там осталось еще моему мужу и мне, чтобы и мы могли подкрепить наши силы. Чудный наш Господь! Он знал, в какой пище нуждался мой ребенок в тот момент. Он не послал кусок хлеба или кусок мяса, Он послал как раз эту теплую и сладкую кашу. Да будет Ему слава во веки!

Слишком много понадобилось бы времени, чтобы рассказать, каким путем мы выбрались из этой пустыни. В конце концов, мы приехали в город Самару, который только что оставили красные, и в него вошли белые. Неубранные трупы еще лежали на всех улицах города. Месяц спустя, после нашего приезда в Самару, у нас родилась наша вторая дочь Мэри. Ей был один месяц, когда красные возвратились в Самару, и мы должны были покинуть город, мы поехали дальше в Сибирь.

Мы прибыли в город Иркутск. Там условия жизни были лучше, пищи было достаточно, но моя малютка, которая так долго страдала от голода, уже не могла поправиться, и Господь забрал ее к Себе.

 

"Наполни мое сердце любовью к русскому народу".

Я помню тот день, когда я стояла около ее открытой могилки. Я преклонила колени и сказала Господу: "Я знаю, дорогой Господь, почему Ты потребовал у меня ребенка. Ты сделал это потому, что я не могла согласиться с Твоей любовью. Я и сейчас, Господи, своими собственными силами не могу этого делать. Но я прошу Тебя, наполни мое сердце любовью к русскому народу. Даруй, чтобы я всегда была покорна воле Твоей".

Пока я стояла на коленях, ко мне подошел один дорогой русский брат, положил руку на мое плечо и сказал: "Дорогая сестра, не плачь! Скоро Христос придет, и тогда ты увидишь свою дочурку". И в этот момент Господь наполнил мое сердце такой любовью, что я увидела в этом брате весь страдающий русский народ и готова была обнять и поцеловать его. С того дня я всегда говорю, что по крови я шведка, но сердце мое - русское. И я знаю, что скоро Господь придет, скоро прозвучит последняя труба, и могилы откроются. Маленькая могилка там, в далекой Сибири, тоже откроется. И та дорогая могила, которая у меня здесь, в Нью-Йорке, где покоится тело моего дорогого мужа, который сорок лет трудился для Господа, тоже откроется. И они восхищены будут навстречу Господу. И я, если еще жива буду, тоже буду восхищена навстречу им и моему дорогому Спасителю, Который умер за меня и пролил Свою драгоценную кровь ради моего искупления. Там я также встречу всех тех дорогих русских, которые были спасены в те годы, когда мы путешествовали по России и Сибири.

Дорогой мой друг, встречу ли я тебя там? Готов ли ты встретить Господа? Омыты ли твои грехи кровью Его? Если нет, Он хочет сделать это сейчас. Прими Его, как своего личного Спасителя! Господь тебя да благословит!

Свидетельство моей матери "Чудо на Волге" было записано для радиопередачи незадолго до того, как она ушла в вечность. Марта Ивановна родилась в 1899 году в городе Выборг, Финляндия. Со дня своей встречи с Господом она горела желанием стать миссионеркой. В дальнейшем, она вместе со своим мужем Николаем Ивановичем посвятила себя миссионерскому служению среди русского народа. Когда представилась возможность христианского радиовещания в России, она сразу поняла важность и эффективность этого средства проповеди Евангелия и всегда поощряла моего отца и меня использовать эту открытую дверь. Ее добрый пример и верность Господу, несмотря на трудности, являются большим ободрением в моей радио работе. Я благодарен Господу за ее постоянное вдохновение и поддержку в моем служении.

ЯрлПейсти

Russian Christian Radio

RCR ON AIR

Winamp windows Media Player    

Поиск:

Пожертвовать на служение РХР

ПОЖЕРТВОВАНИЕ С БАНКОВСКОЙ КАРТЫ (РОССИЯ И СТРАНЫ БЛИЖНЕГО ЗАРУБЕЖЬЯ):


ПОЖЕРТВОВАНИЕ ЧЕРЕЗ PAYPAL
(ИЗ-ЗА РУБЕЖА):


СЧЕТ НА YANDEX-ДЕНЬГИ: 41001113343125


КВИТАНЦИЯ СБЕРБАНКА

Вверх ⬆︎